Правоохранительные органы США начали борьбу с «антитехнологическим экстремизмом»

Федеральные разведывательные структуры и правоохранительные органы США начали масштабный мониторинг новой категории граждан, классифицируемой как «антитехнологические экстремисты». Согласно отчетности Министерства внутренней безопасности (DHS) и ФБР, к этой группе теперь относят лиц, чья деятельность или высказывания направлены против стремительного распространения искусственного интеллекта (ИИ) и расширения инфраструктуры дата-центров.

Расширение аппарата внутреннего контроля

Формирование новой категории угроз происходит на фоне национальных директив, ориентированных на пресечение идеологий, которые текущая администрация считает враждебными. В частности, это связывают с политическим курсом, изложенным в Меморандуме национальной безопасности №7, а также с официальной антитеррористической стратегией, где леворадикальные настроения выделены в качестве одного из приоритетов разведывательного сообщества. Ранее не афишировавшийся фокус на «антитехнологическом экстремизме» дополняет этот перечень, создавая правовую базу для наблюдения за критиками технологического сектора.

Внутренние документы указывают на появление специфического термина — «антитехнологический насильственный экстремизм». Его использование фиксируется в отчетах полиции Нью-Йорка, где аналитики прогнозируют риски гражданских беспорядков в связи с будущим внедрением ИИ. Подобная классификация объединяет крайне разнородные идеологические течения под общим определением, что вызывает опасения у правозащитников относительно широты трактовки таких понятий.

Методология слежения и «фьюжн-центры»

Ключевым звеном в сборе и обмене информацией выступают «фьюжн-центры» (fusion centers) — региональные узлы, координирующие взаимодействие между федеральными ведомствами и местной полицией. Эти центры ведут мониторинг не только потенциально опасных лиц, но и мирных активистов. К примеру, отчеты из Северной Вирджинии фиксируют подозрительную активность на основе индикаторов, включающих обычную фотосъемку, «выражение угроз» или «тестирование мер безопасности». Юристы отмечают, что под подобные формулировки легко попадают действия участников протестов или местных жителей, выступающих против строительства инфраструктурных объектов в своих районах.

Сбор данных также опирается на инструменты разведки по открытым источникам (OSINT), предоставляемые частными компаниями, такими как SITE Intelligence. Фирмы этого профиля анализируют социальные сети и мессенджеры, утверждая, что некоторые дискуссии в Discord-сообществах переходят грань допустимого и требуют оперативного реагирования. В то же время критики подчеркивают субъективность такой аналитики: частные подрядчики склонны интерпретировать любые острые социальные дискуссии как признаки радикализма.

Криминализация протеста и роль ИИ-скептицизма

В фокусе внимания ведомств оказываются даже те группы, чья деятельность носит исключительно мирный характер. Документы показывают, что в базы данных попадают активисты, критикующие влияние крупных корпораций на государственную политику или выступающие против конкретных проектов, например, «Tesla Takedown». Особую роль в процессах играет отслеживание протестов против строительства дата-центров — организаторы подобных инициатив по всей стране уже сталкиваются с задержаниями на муниципальных слушаниях.

Исследователи экстремизма, такие как Мауро Лубрано, разделяют опасения правозащитников. Несмотря на существование деструктивных групп, вдохновленных идеями Теодора Качинского, попытки создать универсальную категорию «антитехнологического экстремизма» создают риск злоупотребления властью. Ситуация осложняется тем, что под наблюдение могут попасть даже невинные медиаматериалы. Например, аналитическая сводка за апрель 2025 года включила видеоролик некоммерческой организации о влиянии дата-центров на жизнь местных жителей в Джорджии в список потенциальных угроз, несмотря на отсутствие в нем призывов к насилию.

На сегодняшний день правовое регулирование «внутреннего терроризма» в США не является обособленным составом преступления, что позволяет использовать положения о борьбе с экстремизмом для слежки за политически активными гражданами, формально предъявляя им обвинения в мелких правонарушениях, таких как незаконное проникновение или вандализм. Эксперты предупреждают, что такая практика рискует превратить оправданную обеспокоенность развитием технологий в поле для расширения полицейского надзора.